Здесь летом может быть около нуля, вертолёт может не прилететь из-за тумана, а в нескольких шагах от базы можно обнаружить след белого медведя. Зато на обед подают том-ям, вечером вяжут фенечки и смеются до четырёх утра, а на метеостанции запускают в небо раскрашенный погодный зонд.
Представьте себе летние каникулы, только вместо автобуса с кондиционером — вертолёт, вместо школьной столовой — кухня полярной станции, вместо привычного городского шума — ветер и Северный Ледовитый океан, а вместо прогулки до ближайшего магазина — несколько километров без единого человека вокруг.
Именно так сейчас выглядят каникулы у москвичей, которые отправились в Большую арктическую экспедицию — 2026, как ранее сообщила вице-мэр Москвы Анастасия Ракова. Среди участников — студент колледжа предпринимательства № 11 Артём Исмагилов, студентки Московского издательско-полиграфического колледжа имени Ивана Фёдорова Кристина Фомина, Московского колледжа бизнес-технологий Анна Слюсарева и Московского образовательного комплекса «Запад» Валерия Зверева. Вместе с ними на Челюскине работают десять учеников московских школ.
Четырнадцать юных москвичей — школьников и студентов колледжей — сейчас живут на мысе Челюскин, самой северной точке Евразии. И, кажется, уже не воспринимают это место как край света.
Ребята приехали сюда не ради экстремального селфи на фоне льдин. Их задачи вполне настоящие: один отряд занимается восстановлением и благоустройством мемориала советским полярникам, второй собирает данные о флоре и фауне Арктики по заданиям ведущих научных институтов.
Однако реальность на мысе Челюскин гораздо увлекательнее любого экспедиционного проекта.
Арктика, которую они совсем не представляли
Перед поездкой у многих в голове была привычная картинка: бесконечный снег, лёд, мёртвая тишина и белый медведь, который где-то вдалеке медленно идёт по берегу.
«Бескрайний горизонт, где вокруг только снег-снег-снег, огромные льды, мёртвая тишина, которую прерывает только шум моря», — так описывает свою предэкспедиционную картинку Кристина Фомина.
На самом деле Челюскин выглядит иначе. Здесь есть льдины, туман, ветер и заброшенные конструкции, но рядом с ними — цветы. Маленькие жёлтые, синие и белые растения прячутся даже внутри старых ржавых бочек.
«Удивительно, как жизнь умудряется приспосабливаться к любым условиям, даже таким суровым», — замечают участники экспедиции.
А ещё здесь есть нерпы. Однажды ребята замечают в воде чёрную голову и сначала принимают животное за собаку. Потом становится понятно: это настоящая нерпа, которая спокойно плавает у берега и появляется прямо рядом с людьми.
«Нерпы! Увидеть настоящих диких животных у них дома — это невероятно, что-то с чем-то», — рассказывает Кристина.
И именно в такие моменты Арктика перестаёт быть просто географическим понятием из учебника.
Каникулы, на которых приходится реставрировать памятники
У ребят есть два больших направления работы — у каждого свои задачи.
«Отряд хранителей» занимается мемориальным комплексом советским полярникам. Его установили на мысе Челюскин в 1967 году в честь исследователей Арктики. Мемориал считается самым северным в Евразии и имеет статус объекта культурного наследия регионального значения.
В прошлом году участники экспедиции уже восстановили стелу комплекса. Сейчас работа продолжается. И это не декоративная акция, где достаточно взять кисточку и сделать пару фотографий: некоторые сооружения настолько разрушены, что их приходится фактически разбирать. Когда ребята понимают, что два памятника невозможно восстановить в первоначальном виде, эмоции оказываются неоднозначными.
«Были очень неоднозначные чувства, когда все окончательно признали, что отреставрировать два памятника не получится и их нужно снести. Уже после мы поняли, что это решение было полностью верным», — рассказывает Алиса Сальникова из школы № 2127.
По её словам, специалист и руководитель отряда Кирилл Усанов подтвердил: если попытаться просто восстановить исходную конструкцию, она может разрушиться уже в следующем году.
Так что здесь ребята не просто «прикасаются к истории». Они принимают решения о том, как эту историю сохранить.
Неожиданно любимая часть каникул
Работа на мемориале постепенно становится для ребят тем, ради чего хочется поскорее проснуться утром. На площадке они вскрывают пакеты со строительными смесями, грунтуют основания, выравнивают ограду и выкладывают кирпич за кирпичом.
Работать небольшими командами по три человека оказывается удобно: у каждого своя задача, а результат виден буквально через несколько часов.
Две стелы приходится разбирать полностью — сохранить старые конструкции уже невозможно. Основание выкладывают заново: несколько слоёв камней и кирпича, а затем постепенно начинают воссоздавать сам памятник.
На другом объекте ребята очищают основание и готовят его к восстановлению. Для защиты от арктической погоды к памятникам переносят большую палатку и укрепляют её камнями.
«Так странно, нам безумно нравится этот процесс, даже невзирая на погодные условия», — признается Алиса Сальникова.
Том-ям на краю Евразии
Быт на Челюскине вообще оказывается удивительно московским — если не считать того, что за окном температура около нуля, а ближайший магазин отсутствует как класс.
На кухне готовят овсянку с сублимированной малиной, оладьи, борщ, стейки и жареную рыбу. Однажды на обед появляется том-ям — и ребята отдельно отмечают, насколько сюрреалистично есть его в месте, где на всём мысе вместе с ними находятся всего несколько десятков человек.
«Даже не подумать, что мы сейчас в безлюдном месте», — удивляется Алиса.
С питанием нет проблем даже у тех, кто привык к специальному рациону. Алиса — вегетарианка и до поездки переживала, что её питание может не вписаться в условия экспедиции: «Даже я, вегетарианка, питаюсь здесь лучше, чем где-либо»
Главный человек на кухне — Лера. Судя по рассказам ребят, она умудряется находить подход абсолютно ко всем.
Впрочем, когда ты живёшь на краю земли одной командой, кухня становится не менее важной частью экспедиции, чем метеостанция или мемориал.
Чебуреки из оленины и первая пойманная рыба
Меню на Челюскине продолжает удивлять. Вечером на столе появляются чебуреки с фаршем из настоящей северной оленины. Для москвичей это звучит как блюдо из ресторана, но здесь становится обычным ужином.
Есть и совсем свежая добыча. После нескольких попыток порыбачить Алиса Сальникова вытаскивает первую рыбу — именно в тот момент, когда сама только что уверенно сказала: «Да нет тут никакой рыбы!».
Ребята возвращаются на базу вприпрыжку: к северной оленине добавляется свежая красная рыба.
Интернета нет. Поэтому появляется время на жизнь
Самая странная вещь на Челюскине для московских подростков и студентов — отсутствие привычной связи. Нет возможности бесконечно листать ленту, переписываться, смотреть короткие видео или просто проверить, что происходит в городе.
И вдруг выясняется, что свободное время всё-таки существует. Ребята читают книги, смотрят фильмы, рисуют, вяжут фенечки, делают стенгазеты, фотографируют, разговаривают.
«Здесь, на краю земли, без связи, в полнейшей тишине, книга ощущается как просмотр самого яркого фильма. Ты не просто погружаешься в сюжет, а проживаешь момент», — рассказывает Кристина Фомина о чтении.
Но полностью отказаться от привычек невозможно даже здесь. Ребята могут смеяться и разговаривать до глубокой ночи. В другой вечер стенгазета превращается в коллективную работу: хотя отвечать за неё должна только Яна Таратухина из школы № 1234, в итоге к ней подключаются все.
«У нас не было периода адаптации к новому месту, по ощущениям мы просто словно… Вернулись домой! Хотя никто никогда здесь не был. Пожалуй, это одна из самых неожиданных вещей во всей экспедиции», — говорит Кристина.
След белого медведя вместо сигнала в телефоне
Белые медведи здесь — не декорация для фотографий. Ребята знают, что хищник действительно может оказаться рядом, поэтому безопасность — отдельная важная часть экспедиционной жизни. На маршруте им помогают местные собаки — Беляш, Муха и Картошка.
Однажды участники экспедиции находят и сам след белого медведя. После им устроили тренировку: что делать, если медведь появится. Задача — быстро собраться в большую группу, чтобы выглядеть для животного как единое огромное существо, с которым лучше не связываться. В ходе тренировки Яна и Кристина сажают двух соратниц на плечи, а те размахивают снятыми куртками, словно флагами.
Звучит почти как сцена из комедии. Но ещё до поездки Кристина относилась к этой возможной ситуации вполне серьёзно. Её отец, узнав об экспедиции, дал дочери совет: «Главное — найти друга пополнее и бежать быстрее него».
Погода меняется быстрее планов
Арктика не особенно интересуется расписанием экспедиции.
Туман может закрыть базу и сорвать планы. Вертолёт может задержаться. Исследователи могут не вылететь из Хатанги из-за плохой видимости. А за время одного маршрута погода успевает смениться несколько раз: туман, солнце, дождь — и снова что-то среднее между всем сразу.
Вертолёт — событие дня
Вертолёт на Челюскине — отдельный персонаж. Его прилёта ждут не только ради новостей: вместе с ним приходят строительные материалы и продукты.
Когда машина наконец появляется над базой, все дружно бегут помогать разгружать. Полярники подгоняют квадроцикл, работники метеостанции едва успевают принимать вещи, а ребята уже несут следующую партию.
Ветер в такие моменты усиливается настолько, что даже многослойная экипировка — термобельё, флиска, безрукавка, зимняя куртка, баф и шапка-ушанка — не спасает от холода.
А исследователям, которые должны отправиться дальше в Арктику, приходится ждать подходящей погоды. Когда их вылет наконец разрешают, ребята радуются за них почти так же, как за себя: задержка не даёт начаться их походу.
И вот здесь особенно хорошо проверяется командная работа. До поездки Кристина опасалась именно этого: что холод, постоянная работа и отсутствие привычного комфорта начнут менять людей.
«В условиях холода и постоянного труда люди меняются, закрываются, психуют», — рассуждала она перед экспедицией.
Пока, судя по рассказам ребят, происходит обратное. Люди сближаются.
Даже когда официально ничего делать не нужно, никто особенно не хочет оставаться в доме. Стоит предложить пройти маршрут, проверить бочки для будущего марафона или сходить на метеостанцию — идут все.
«Чистая Арктика» начинается с ржавых бочек
Экологическая работа здесь тоже выглядит совсем не как школьное задание. Ребята готовят к будущему марафону старые бочки, которые служат разметкой маршрута: обновляют выцветшие рисунки свежей краской. Постепенно их удаётся привести в порядок.
Тема экологии на мысе Челюскин для участников — важная часть экспедиции. Алиса, Кристина и Яна снимаются в интервью о том, почему очистка территории от старых конструкций и мусора здесь особенно важна и как проект «Чистая Арктика» помогает говорить об этой проблеме.
Школьники и студенты, которые внезапно стали полярниками
Большая арктическая экспедиция — не случайное путешествие на каникулы. В этом году в отборе участвовали более 10 тысяч московских школьников и студентов колледжей от 15 лет до 21 года.
С февраля они проходили конкурсные испытания: писали Арктический диктант, участвовали в лыжных гонках, снимали мотивационные видео, проходили игру «Герои Арктики», представляли исследовательские проекты по химии, биологии, экологии и истории. Финалисты отправились на учебно-тренировочные сборы в Карелию, где прошли около 60 километров, ставили палатки, готовили еду и изучали природу.
Теперь знания превращаются в реальную работу.
Участники выполняют задания ведущих научных институтов, изучают растительный и животный мир побережья Северного Ледовитого океана, фотографируют растения и животных, собирают данные для научных баз.
Но при этом они остаются обычными подростками: обсуждают состояние мемориала, запускают погодный зонд, ищут следы медведя. А вечером спорят о том, можно ли называть борщ супом, смеются, слушают музыку и решают, чем заняться завтра.
Наверное, именно в этом и заключается главный смысл экспедиции: не сделать из школьников взрослых полярников за несколько недель, а дать им возможность попробовать себя в совершенно другой реальности.
«Я хочу остаться»
Перед поездкой Яна Таратухина говорила, что экспедиция для нее — «стартовая точка». Она любит путешествовать, не представляет себя в офисе и на одном месте и хочет доказать прежде всего самой себе, что способна осуществить большую мечту.
Кристина ехала на Челюскин с еще более конкретной целью: «Я хочу увидеть одно из самых недоступных мест Земли, прикоснуться к истории. Для меня это очень важно: доказать себе, что я могу».
Теперь они действительно там. Вокруг — Северный Ледовитый океан, льдины, туман, цветы в ржавых бочках, следы белого медведя и мемориалы, которые приходится спасать от влияния времени.
Кристина Фомина признается: «Это удивительное место. Сильное духовно, куда приезжают такие же сильные люди. Они и создают Челюскин таким, какой он есть».
И дальше — фраза, ради которой, кажется, и стоило ехать за тысячи километров: «Несмотря на погоду, сложные условия и все из этого вытекающее, у меня впервые в новом месте появилось чувство, что я хочу остаться».
До конца экспедиции еще есть время. Можно успеть еще раз запустить зонд, пройти по берегу, увидеть нерпу, поймать рыбу, закончить работу с мемориалом, поспорить о борще и снова засидеться до ночи.
А Москва пока остается где-то очень далеко. И, кажется, это огромное расстояние никого особенно не пугает.
Фото: пресс-служба Правительства Москвы