В детстве у тех, кто вырос в 90-е, не было Тик-Тока, аниме и симпл-димпл, зато были крыши гаражей, соседские яблоки, «Утиные истории» и жвачка «Ну, погоди!». Тогда ёлочки чаще всего покупали на ёлочных базарах, и они приходили в каждый дом, наполняя комнаты ароматом хвои. Кстати, у мальчиков какой-то особенный взгляд на такие сентиментальные вещи, как Дед Мороз с бородой из папье-маше или кинолента «Ирония Судьбы» — интересно, каким сегодняшние папы помнят главный зимний праздник своего детства? Спросили у самых открытых и творческих — читайте и сравнивайте, так ли у вас!

Павел Зеленов, 33 года, владелец антикафе «Деталька» @detal.club, город Москва. Два сына: 5-летний Кристиан и 2-летний Патрик.

Дмитрий Лузанов, 36 лет, графический дизайнер, музыкант @dzenpunk, город Ташкент. Два сына: 10-летний Роман и 8-летний Григорий.

Вы любите праздновать новый год?

Павел Зеленов: Да, люблю. Для меня это семейный праздник — время, когда можно встретиться с родственниками или со старыми друзьями. Возможность перезагрузить себя, подумать о том, чего достиг, подвести итоги.

Дмитрий Лузанов: Люблю, и ничего не могу с этим поделать. Какие бы страшные легенды с ним не связывали (мол, это сатанинский праздник и прочее), я люблю праздновать новый год, потому что именно в этот день чувствуется какое-то волшебство в воздухе, которое, по идее, мы должны ощущать ежедневно.

В вашей семье принято было покупать живую или искусственную ёлку?

Павел Зеленов: В детстве у нас всегда была живая настоящая ёлка. Высокая, в размер комнаты, со звездой или макушкой под потолок. Сейчас у нас дома искусственная, летом она живёт в шкафу или на складе, а под праздник её наряжают жена и дети.

Дмитрий Лузанов: В нашей семье бывало и так, и эдак, но чаще, всё-таки, мы ставили искусственную ёлку. Её доставали откуда-то сверху, с антресолей, распаковывали вместе со всеми игрушками и гирляндами, и это было такое особенное праздничное удовольствие, когда все собирались вместе и по-семейному наряжали ёлочку.

В разных семьях украшать дом к Новому году начинают в разное время: кто-то ставит ёлку за месяц до праздника, а кто-то 31 декабря, как в фильме «Ирония судьбы». Как было у вас?

Павел Зеленов: В нашей семье к этому всегда относились без фанатизма — как правило, подготовку начинали за пару недель до Нового года. Раньше мы сами делали игрушки, покупали заготовки, декупажировали их в новогодней тематике. Сейчас не до этого — слишком много дел. Но старые запасы ещё остались. Кроме самой ёлки мы часто покупаем живую хвою, лапник развешиваем по дому. Но самое главное даже не ёлка. Самое главное — это свет. Гирлянды, светящиеся шары. Они должны быть тёплыми, белыми — не цветными. Приглушённый свет отражается в глянце украшений, пахнет хвоей и цедрой. Это идеальная атмосфера праздника.

Дмитрий Лузанов: Мы ставили ёлку за несколько дней до Нового года: начинали приводить в порядок, одевать её — красавицу, и за два-три дня до праздника она уже была готова. Все эти дни родители, бабушки-дедушки подкладывали под ёлку какие-то сладости, конфеты, а я действительно верил в то, что это дело рук Деда Мороза и его помощников — зайцев, мишек и лисичек. И был так рад этому.

Без каких вкусностей не обходилось ни одно празднование Нового года?

Павел Зеленов: Для меня главное — это мандарины и оливье, и по сей день мои новогодние пристрастия не изменились. Остального всего может и не быть, хотя обычно стол ломится от угощений. Но это — главное, пускай и банально. Обычно под Новый год делаю (или прошу сделать) дополнительный тазик для себя и сижу, хомячу его весь вечер.

Дмитрий Лузанов: Наш Новый год не обходился без всевозможных вкусных салатов, разумеется, оливье и винегрета. А ещё мы всегда запекали курочку с картошкой, это я отчётливо помню. Плюс различные сладости, напитки — стол почти всегда был традиционным. Конечно, куда же без холодца с хреном! При этом наши женщины (да и мужчины тоже) всегда придумывали что-нибудь особенное: у нас был очень красивый новогодний стол.

Расскажите о самом ярком новогоднем воспоминании из вашего детства.

Павел Зеленин: Иголки. Иголки от ёлки. Ёлка осыпалась и я из осыпавшейся хвои выкладывал цифры года. Помню 1999, 2000 и несколько следующих годов. Очень чёткое воспоминание, никак не стереть.

Дмитрий Лузанов: Мы жили в деревне в Северном Казахстане, и моя мама работала в местном Доме Культуры. В тот день мы отдельно друг от друга готовили новогодние наряды: мама была Бабой Ягой, а я — Пиратом, и мы так убедительно себя раскрасили, нанесли грим и вошли в образы, что не узнали друг друга на празднике! Потом, разузнав, кто есть кто, очень долго смеялись!

Вам всегда дарили то, что хотелось, или бывало иначе? Обида осталась (только честно)?

Павел Зеленин: Честно говоря, не помню каких-то особенно запомнившихся подарков, учитывая тот факт, что подарки отца мама любила выбрасывать с балкона или прятать в шкаф года на полтора. Была, кажется, пожарная машина здоровая, с выдвигающимся и открывающимся всем, чем только можно, но она мне досталась только спустя полгода после праздника. А так — у меня не было каких-то особо ярких желаний, да и сластей под Новый год всегда было навалом. Особенно классные, помню, были подарки с новогодних ёлок. Мне пару раз посчастливилось быть на кремлёвской: мама работала учителем и ей достались билеты от школы. Помню этот здоровый круг радиусом в километр, по которому ходят дети и их оттуда выкликают родители. Интересно, сейчас так же? Мои дети пока мелковаты для ёлок, но старшему в этом году 5 — возможно, куда-нибудь и пойдём.

Дмитрий Лузанов: Я не очень помню, что было с подарками, потому что никогда ничего особенного не загадывал — я знал, что они будут, и всё. Я не писал писем Деду Морозу, но приятные подарочки были каждый Новый год.

Были ли в вашем детстве особые новогодние ритуалы и традиции, каких не было больше ни у кого?

Павел Зеленин: Слушайте, вы так спрашиваете, что мне как-то неловко, кажется, будто они у меня обязаны быть. А их нет. Я же живой. Я рос, менялся, учился, познавал мир. Вместе со мной менялись и форматы празднования Нового года. Сначала они были детско-семейными, пока я был маленький, с одними родственниками, потом несколько лет с отцом в его коттедже с его семьёй, потом юношеские гулянки, и — ох, как мы только не развлекались! Были годы, когда я оставался один и не хотел никого видеть: мне было комфортно наедине с собой. Потом снова семейные посиделки. Цикл замкнулся.

Дмитрий Лузанов: Нет, у нас всё было так же, как у остальных, не могу вспомнить чего-то особенного.

Сегодня, будучи отцом, вы продолжаете следовать традициям вашего детства или придумываете свои собственные?

Павел Зеленин: Традиции… Детям нужно передавать традицию быть честными, добрыми и внимательным. А как что праздновать — они сами разберутся, когда подрастут.

Дмитрий Лузанов: Как отец я продолжаю следовать традициям моего детства и ничего экстраординарного не придумываю. Мы так же кладём под ёлку подарки, так же делаем оливье и винегрет. Впрочем, есть одно правило, и оно неизменно как для новогоднего, так и для любого другого застолья: на нашем столе нет алкоголя. С того момента, как появились дети, алкоголь — табу в нашем доме. И это наша традиция.

Как вы выбираете подарки близким: это должны быть дорогие подарки или необязательно? Вы покупаете подарки друзьям, коллегам или только членам своей семьи?

Павел Зеленов: Я лентяй и мужик. Не люблю и не хочу тратить на это время и внимание. Но, поскольку социум требует, то, когда празднуешь с родственниками или друзьями, конечно что-то придумываешь, заморачиваешься. Сейчас я это радостно переложил на супругу. Моё дело маленькое — всё это финансировать. Супруга что ей хочется, озвучила, дети письмо Деду Морозу написали. Осталось день на покупки выделить. Всё просто. Коллегам могу купить, могу нет. Не знаю, как пойдёт дальше, но поскольку я сейчас руководитель, лучше премии и зарплаты пораньше выдать. Друзьям покупаю что-то,только если под руку попадутся хорошие варианты подарков.

Дмитрий Лузанов: Мы всегда покупаем друг другу подарки: не обязательно дорогие, это может быть какой-то приятный сюрприз — набор весёлых носков и конфетки какие-нибудь. Мы не заморачиваемся по поводу дороговизны, скорее, это будет что-то памятное человеку, что он/она любит, то мы и выбираем. Друзей мы тоже не забываем: дарим то, что точно пригодится, например, набор инструментов или, если речь идёт о художнике, профессиональные карандаши.

Вы загадываете желание под Новый год? А в этом году будете?

Павел Зеленов: Загадываю, веду списки дел, отмечаю, что планировал, что выполнил. Обычно всё сбывается. В этом году тоже буду. Волшебство как-никак должно присутствовать на празднике. В целом Новый год для меня — это ожидание и сами приготовления к празднику. Сам момент полуночи и ночь праздника — это, скорее, рутина, быт. Ожидание праздника, ожидание момента — вот где живёт настоящая магия. И я вместе с ней.

Дмитрий Лузанов: На Новый год я, как и вся моя семья, загадываю желания. Хотя я загадываю желания каждый день: есть у нас такая семейная традиция перед сном желать что-нибудь. В этом смысле 31 декабря для нас от других дней ничем не отличается.