Ирина Гаврилова рассказала о реальной стороне жизни многодетной мамы и о том, как связаны психосоматика и аллергия. Ирина @neigrushki — блогер с миллионной аудиторий и мама семерых детей, клинический психолог и автор книг. Своей суперспособностью Ирина считает высокую адаптивность в кризисные моменты жизни.
С Ириной встречаемся уже второй раз в рамках нашего проекта. Три года назад мы делали съёмку в вашем загородном доме, сейчас вы решили переехать в Москву. Отсюда насущный вопрос для всех мам: что лучше для детей — городская или загородная жизнь?
Многие подписчики мне пишут: «Как вы будете без своего дома?», и я всё время задаюсь вопросом: «Почему они решили, что я буду без своего дома?» Конечно, идеально для тех, кто живёт в Москве, иметь загородный дом. Я уже продумываю эти маршруты, как со вторника по четверг делать дела в Москве, чтобы выходить за рамки пробок, потому что те люди, которые в пятницу стоят туда и в воскресенье вечером стоят обратно… Я иногда с ними стою вместе, когда мне нужно в город, в это же время час-пик. Это, конечно, не каждый выходной история, если у тебя есть дети. Но, опять же, у кого как
Вы переезжаете из-за школы детей, или какая-то другая официальная причина?
Детям нужна инфраструктура. Наш дом достаточно далеко — семьдесят километров от Москвы, это далеко. Нужна хорошая школа, нужны кружки и прочая детская активность.
Ирина, вы стали эдаким амбассадором неидеального материнства. Вы рассказывали, как вам тяжело в материнстве, публиковали настоящие фото, в то время как у всех была «идеальная лента». Как вам кажется, такого рода контент сделал своё дело и снизил градус ожиданий от требований к материнству и мамам в принципе?
Мне кажется, что да, это лично ваше ощущение может быть связано с каким-то внутренним ростом по отношению к себе. Несмотря на то, что есть множество блогеров, которые тоже стали публиковать себя с выпяченным животом или же с куском оладушка во рту — такие кадры являются самыми охватными и у меня. Кадры, которые сделали дети, когда я что-то жарю на сковороде, а там всё набекрень. Либо, наоборот, высунув язык лежу на диване в бардаке. Эти кадры, конечно, понимает каждая мама. Но такое мы видим у себя дома ежедневно, зачем нам такое ещё и в Инстаграме*, поэтому мы разово можем это лайкнуть, сказать «Да, мы с тобой, сестра». По-хорошему, хочется какой-то «красивой жизни Санта Барбары».
Мы же все понимаем, что охватные вещи — это скандалы, расследования, расставания, разводы, измены. Кому нужна многодетная неидеальная мать с пригоревшим омлетом, когда у меня этого дома полным-полно. Поэтому контент мы стремимся делать идеальный, стремимся таковыми сделать себя и всех вокруг. Ко мне, как к психологу, приходят девушки, которые разочарованы в семейной жизни, потому что видят эту идеальную картинку у блогеров. Например, те же дни рождения, где девушка просыпается, у неё всё усыпано розами, тут заходит её мужчина с шариками, дарит «Порше», и так далее. А люди не понимают, что это контент. И, возможно, для того, чтобы это красиво смотрелось в кадре, девушка сама заказывает всё и оформляет. Может быть, у неё действительно такой муж, мы не знаем.
Сейчас Инстаграм дарит нам не только эстетику, но и завышенные планки. Нужно иметь определённый внутренний стержень, самооценку и критическое мышление, чтобы понимать, что такое «контент», что такое «соцсети» и как строится эта индустрия.
Наверняка у вас были моменты кризиса личности. В какие моменты они происходили?
Буквально пару дней назад я думала, как ребёнок, родители которого развелись, проходит через эти испытания, эту боль, травмы, прорабатывает это. А можно сразу принять это испытание как какую-то суперсилу. На мой взгляд, моя суперсила — адаптивность. В моменты кризиса я «пересобираюсь» как трансформер. Всю мою сознательную жизнь у меня нет рутины: мы переезжаем, строим дом, делаем ремонт, едем в Америку, я учусь каким-то вещам.
То есть вы не определяете какие-то моменты как кризисные?
Я их не отражаю, не помню, даже не осознаю, что вот это — кризисный момент. Был единственный момент, когда я ощущала, что достигла дна — рождение дочки Маши с особенностями. Мне было сложно справиться с первыми чувствами, эмоциями.
Есть ли фразы, которые обижают мам с особенными детками?
Есть такие фразы. Я вам не скажу какие именно, потому что каждую маму обижает своя собственная фраза. Меня ничем не обидишь. Я думаю, что человек просто некорректен, он не на пике понимания. Такому человеку можно, ведь я сама была не в теме. Я пришла в роддом и родила особенного ребёнка, не будучи подготовленной, я точно так же искала информацию об этом в интернете. Это сейчас есть блогеры и другие известные люди с особенными детьми, тогда никто ничего не знал, все молчали.
У вас были все скрининги, но ничего подобного они не показывали. Вы узнали о диагнозе дочери только в роддоме?
Да, так бывает. Как минимум в половине процента случаев. Я не буду говорить про амниоцентез (прим. редактора: прокол околоплодного пузыря, осуществляется через переднюю брюшную стенку. Делают для взятия околоплодных вод на анализ, ввода лекарств или дренажа лишней жидкости), я не делала эту процедуру и не предполагала, что её нужно делать. Если мы берём стандартные скрининги, то врачи, конечно же, тоже знают о том, какой огромный процент ошибки там есть.
У вас есть пост про единственного из шестерых детей ребёнка (Прим. ред: на момент интервью у Ирины было 6 детей), у которого есть аллергия. Вы писали, что у аллергии есть подоплёка в виде психосоматики. Неужели у каждой «болячки», включая аллергию, есть своя психосоматика?
У каждой болезни есть психосоматическая основа. В принципе, что такое психосоматика? Это когда то, о чём ты думаешь, то, что ты представляешь в голове, действует на твоё тело. Многие в это не верят, говорят, что это не имеет никакой связи с традиционной медициной. Представим ситуацию, где вы испытываете страх, где нет возможности уйти от опасности. Если мы человека в это погрузим, то каждый из нас ощутит этот страх в своём теле: у кого-то сожмётся желудок, у кого-то «ёкнет» сердце, у кого-то будут проблемы с дыханием, отнимутся конечности. И вот это именно и есть психосоматика, когда мои психические реакции создают внутреннее напряжение в каких-то органах, зажимы, блоки. Если взять психосоматическую основу любой аллергии, то это шоковое воздействие на человека. И мы понимаем, что у человека с аллергией в детстве был контакт в мамой, у которой произошла какая-то шоковая ситуация. Аллерген в этом случае будет являться треком, который «сцепился» с каким-то симптомом, с каким-то продуктом.
Получается, что триггером может выступить какая-либо стрессовая ситуация?
Да. Главное понимать, что аллергия нам не враг. Напряжение, которое осталось на фоне стрессовой ситуации, можно проработать.
У взрослых аллергия тоже связана с этим?
Да. Будучи психосоматологом, я всегда нахожу эту ситуацию при работе с клиентами. Мы всегда находим, даже если память это «амнизировала», чтобы защитить от травмы. И вот когда эта ситуация всплывает на поверхность, мы разрешаем её: погружаемся, разрешаем ей с нами произойти, принимаем, смиряемся. Это что-то вроде кубика Рубика внутри человека, который внутри человека закручен. И пока человек не пройдёт этот путь, не выдохнет и не примет, не осознает, что на самом-то деле выбора нет. Когда мы врём сами себе, мы имеем симптомы.
А что насчёт детей?
Малыши до трёх лет — как выносной орган мамы, то есть у них все мамины конфликты, они помогают их решать, потому что ребёнок говорит своим телом: «Мамочка, ты такая у меня загнанная», в каком-то симптоме. Это как вы будете сидеть и говорить: «Нам за квартиру нечем платить, нечего есть». Что сделает трёхлетний малыш? Он подойдёт, разобьёт свою копилку или отдаст те деньги, которые подарила бабушка, и скажет: «Мама, мы богатые. На следующий месяц я ещё заработаю». Поэтому, если маме плохо, ребёнок хочет отдать всё, что у него есть, но всё, что у него есть — его тело.
Получается, что здоровый ребёнок — это следствие здоровой психики мамы?
Да. Очень многие симптомы догоняют ребёнка уже от мам и бабушек. Например, когда мама увидела у ребёнка реакцию на помидор, она не думает, что это трек. Мама исключает из рациона ребёнка другие продукты, внушая тем самым, что он аллергик, и там уже идёт вторая ступень аллергии.
То есть, первое, что нужно сделать маме — перестать транслировать ребенку, что он аллергик?
Да, это самое первое. Нужно перестать транслировать это ребёнку. Прекратить эмоционально реагировать, если, например, ребёнок съел песок в песочнице. Если мама на это спокойно отреагирует, то паразиты не приживутся, у другого же могут быть какие-то проблемы.
Чем отличается психология и мировосприятие многодетной мамы от мамы с одним ребёнком?
Мы же понимаем, что все многодетные мамы — разные. Кто-то, например, рожал, потому что хотел этих детей, кайфовал рядом с ними, а кто-то потому, что женщине так сказали, кто-то по религиозным соображениям. У всех будут абсолютно разные истории. У девушек с одним ребёнком то же самое: кто-то боится ещё рожать, потом
То есть нет такого, что у многодетных мам есть какая-то объединяющая история?
К сожалению, нет. Истории нет, однако я заметила, что сейчас всё больше многодетных мам. Если раньше считалось, что многодетная семья — малообеспеченная, то сейчас — наоборот. Сейчас нам помогает Инстаграм*, который показал населению, что может быть и так. Для меня примером выступила история из детства про знакомую семью, в которой было десять детей. Жили весьма скромно, но сейчас они все выросли, замечательно устроились в жизни, мама в шоколаде. Хотя сколько её клеймили и дразнили по этому поводу! И вот, несмотря на то, что в Инстаграме* сейчас через одного многодетные блогеры, все справляются по-разному.
Чем проще смотришь на эту тему, тем больше вероятность того, что позволишь себе больше детей?
Возможно. Тем, у кого один ребёнок, стоит задать себе вопрос: «Может быть, мне не нужно решаться на второго ребёнка? Может быть, у меня просто другой путь?».
Спасибо огромное, ждём вас в гости ещё!
*Инстаграм — социальная сеть, запрещена в РФ